Скала разбившейся мечты ("The Hopefall rock")

Оптимизировать для печати

Автор:  Samphire Fennell

Звук разрывающегося на части мобильного телефона заставил Коннора Дойла проснуться. Он сам не помнил, как заснул на диване. А все заела эта работа, которая занимает все время, которая не дает ни продыху, ни перерыва. Такая уж у них работа, сам знал, куда шел, когда завербовался в Управление. Коннор поискал телефон, вытянул антенну и приложил к уху:

– Дойл.

– Коннор, это Фрэнк Элсингер.

– Слушаю, сэр.

– Я собираю совещание, – сказал в трубку Фрэнк. – Вам необходимо на нем быть, и как можно скорее. Это важное совещание, Дойл.

– Я приеду, как только смогу, – проговорил Коннор, с печалью глядя на часы – половина седьмого утра. Интересно, а сам Фрэнк когда-нибудь спит?

– Я хочу видеть вас к двенадцати, Дойл.

– Я буду.

Коннор выключил телефон. Суббота. День, когда так хочется отоспаться после напряженной недели.

"Как люди еще заводят собак? – подумал он, на ходу протирая глаза. – И им же не лень встать рано утром в субботу, чтобы пойти на прогулку. Нет, я не против этих милых животных, но чтобы утром в субботу – увольте меня".

Коннор внимательно посмотрел на себя в зеркало.

– Мама родная, на кого же я стал похож, – сказал он своему отражению. – Это нечто отдаленно напоминает меня. Но наверное, все Управление меня именно таким и представляет.

Наскоро проглотив вчерашний бутерброд – готовить нет времени, да и глазунья порядком осточертела – Коннор захватил свой серебристый дипломат и пошел к двери.

Снова звонок, но не его сотового, по которому обычно звонят коллеги и Фрэнк, а тот, что стоял на полочке возле лампы. Он уже и не помнил, когда тот в последний раз звонил. Давно, очень давно.

– Слушаю.

– Алло, позовите, пожалуйста, Коннора Дойла. – голос в трубке был немного отдаленным, как если бы звонили издалека.

– Я вас слушаю.

– Мистер Дойл, меня зовут Кэйд Саммер. Я нашел одну вещь, которая вероятно принадлежала вам.

– Какая вещь?

– Серебристый браслет с вставленными в него кусочками горного хрусталя. – ответили на том конце провода. – На нем стоит ваше имя.

– Как? Где вы его нашли? Как вы разыскали меня?

– Я нашел его на Скале разбившейся мечты. Я хотел бы отдать его вам.

– Где мы можем встретиться? – Коннор забыл про Элсингера и его совещание.

– В девять часов, в кафетерии у Скалы разбившейся мечты. – ответил Кэйд.

– Я выезжаю.

Коннор положил трубку и быстрыми шагами пошел к машине. Элсингер и его совещание больше не имело цены. Сейчас для него существовал лишь Кэйд Саммер, нашедший кусочек его прошлого...

Машина отъехала от тротуара и направилась на восток. Фрэнк Элсингер и его Центральная лаборатория была в противоположной стороне.

"Сколько лет прошло... столько времени я пытался не думать об этом, не хотел вспоминать, но вот пришло время вновь обратиться к своему прошлому... Как мне хочется забыть половину моей жизни, оставив лишь светлые ее страницы. Почему я не могу стереть свою память? Почему каждую минуту она нагружает меня тяжестью прошлого, тех событий, которые я бы хотел предать забвению? Зачем она нужна, наша память... Она хранит нашу жизнь, хранит, как бесконечный архив или летопись... Почему я не могу стереть ее, оставив лишь избранное? Я бы очень этого хотел... Почему жизнь так жестока с нами, зачем она заставляет нас еще и еще, раз за разом переживать события нашей жизни... Прокручивать в голове бесконечную череду ошибок, которые мы не можем исправить, ничего не можем вернуть, ничего изменить... Как-то Питер сказал, что компьютер хорош тем, что в нем всегда есть отмена. Почему ее нет в моей жизни? Почему я не могу отменить всего-то один день... один день, который заставил меня пересмотреть все, изменить жизнь. День, который перевернул мою жизнь..."

Мимо пролетела вывеска "Скала разбившейся мечты" "Добро пожаловать"

"Как мне тяжело вновь возвращаться сюда. Хотя, в мыслях я раз за разом возвращаюсь... снова и снова... однажды я сам себе сказал, что больше никогда не вернусь сюда, но никогда не говори никогда... Жизнь сама решит, сама поведет тебя той тропой, которую она выберет сама".

Серпантин шел над океаном, серые волны разбивались о скалы, поднимая тучи мелких соленых брызг, которые окатывали камни, скалы и даже попадали на проезжающие машины. Море было свинцовым, как и его мысли, и оно так же перекатывалось волна за волною, бесконечно и постоянно. Нет ничего постояннее этих волн, раз за разом окатывающих мрачные камни Хоупфолла. Именно так назывался маленький городок, притаившийся среди голых скал и океана. Самую большую его скалу прозвали Скалой разбившейся мечты.

Коннор остановил машину возле маленькой забегаловки с вертящимся на крыше пончиком. Да, тут так ничего и не изменилось за те восемь лет, что он не был здесь.

Как только он вошел, к нему сразу же подошел молодой парень лет двадцати трех. Светлые волосы его напоминали протуберанец.

– Я Кэйд Саммер. – с улыбкой представился он. – Я говорил с вами утром.

– Доброе утро. – ответил Коннор. – Что вы хотели мне показать?

– Вот этот браслет. У меня мало времени, мне пора в колледж, я только скажу, что нашел его среди скалистых обломков. Я геолог, разбирал завалы, и нашел его среди камней.

Кэйд порылся в кармане и достал браслет. Серебристые пластины блестели в солнечных лучах, а маленькие кристаллы горного хрусталя искрились, словно бриллианты. Кэйд осторожно положил его на ладонь Коннора, и улыбнулся.

– Я могу вас туда отвести, если хотите.

– Нет, я знаю дорогу. – тихо ответил Коннор.

Кэйд еще раз улыбнулся ему и ушел.

Серебристый браслет искрился на его ладони. Переливчатые отблески хрусталя завораживали и возвращали в прошлое.

Коннор вышел из забегаловки и остановился. Перед ним раскинулся океан... океан, который он и любил и ненавидел одновременно... океан, который был неразрывно связан с его жизнью, как и этот серебристый браслет с кристаллами горного хрусталя...

– Лиз... – проговорил он, глядя на стальную бесконечную гладь океана, – Лиз, прости меня...

Узкая тропинка вела от поросшей травой лужайки к скалам. Держа браслет на ладони, Коннор пошел по ней, осторожно пробираясь между огромными валунами и россыпями гальки... Ветер пел над океаном, кричали чайки, спускающиеся за добычей, все постоянно, вечно, но только жизнь проходит мимо, не оставляя никакого следа, совсем как соленые брызги на валунах. Коннор пробрался через каменные завалы и остановился возле лаза куда-то в расщелину скал. Огромные волны накатывались и накатывались, возвращая его назад...

"День, который я никогда не забуду... Лиз, ты так же неразрывно связана со мной, как эти свинцовые волны, которые я вижу сейчас. Ты всегда со мной, даже теперь, когда тебя нет рядом. Ты всегда со мной, всегда рядом, я вижу тебя такой, будто бы мы расстались минуту назад. Я вижу твои улыбающиеся зеленоватые глаза, русые волосы с золотистым оттенком, которые так и переливаются в свете уходящего солнца... Я скучаю по тебе, Лиз, почему жизнь

так жестока со мной? Я ушел с головой в работу, беру самые пропащие дела, из которых 85% чистая подделка... Но я не могу забыть тебя, не могу... Я снова и снова возвращаюсь назад, снова иду по знакомой тропе, по которой ходил миллионы раз в своей памяти. Лиз, если бы ты знала, как тяжело возвращаться туда, где ты потерял часть своей жизни, которую больше всего на свете хотел бы вернуть, но невозможно... Почему тогда говорят, что невозможного нет? Оно есть, оно существует, и оно относится к нашей жизни... мы не можем вернуть ее назад, вернуться к определенному моменту, и сделать шаг в другую сторону. Пойти не туда, сказать что-то другое, и тогда все остальное пойдет по-другому".

Коннор сжал в руке браслет, и память вернула его еще дальше, в давние дни, которые он никогда в жизни не хотел бы изменить...

"Я помню день, когда мы познакомились впервые. Это было в выпускном классе, я тогда перебрался с мамой в этот город, и никого там не знал. Я помню этот маленький школьный двор, где ты пыталась снять с дерева унесенную ветром шляпу. Мне ничего не стоило забраться на дерево и снять ее. Ты улыбнулась мне и сказала, что рада была со мной познакомиться. Я помню тебя на том дворе. Ты сказала, что тебя зовут Элизабет, но друзья зовут тебя просто Лиз. И разрешила называть себя так же. Лиз. Почему эта никчемная судьба забрала тебя у меня? Почему обо всем том, что было, у меня остались лишь одни воспоминания... одни мечты, разбившиеся здесь, на этом месте под точно таким же названием. Хоупфолл – Скала разбившейся мечты. Сначала это название ничего не говорило мне, но теперь оно преследует меня, как призрак минувших дней..."

Ветер, налетевший с океана, растрепал его аккуратно причесанные волосы. И с ними исчез тот Коннор Дойл, которого знало Управление. Сейчас на камнях, перед непознанными глубинами океана, стоял совсем другой человек. Иной, не тот, кого знали все. Это был прежний Коннор Дойл, которого знала лишь Лиз... И сейчас он стоял перед свинцовым океаном, держа на ладони часть своего прошлого, запутавшийся и совершенно потерявшийся в превратностях судьбы, заставляющей его замыкаться в себе и искать забвение в работе... но что эта работа, когда вечером приходишь домой один, в пустую и темную квартиру, где нет ни души, только тени и воспоминания.... воспоминания, которым нет ни

конца, ни края... такие далекие и близкие одновременно, которые так хочется оживить. А иногда они кажутся такими реальными, что вот – протяни руку и уже дотронешься, но все исчезает, растворяется...

"Лиз, я помню, как мы встретились в колледже. Ты занималась геологией, а я геофизикой и психологией одновременно. Геофизика привлекала меня потому, что я всю жизнь интересовался всякими загадками, и часто доставал отца своими расспросами. А на психологию пошел лишь потому, что хотел разобраться в себе после того, как его не стало... я будто потерял опору в жизни, мой мир рухнул, исчез, развалился на куски... и тут на помощь пришла ты. Ты всегда была рядом, всегда помогала мне, всегда я знал, что есть человек, который поймет меня без слов. Стоило тебе лишь посмотреть мне в глаза, и ты уже знала, что меня волнует... ты будто читала мои мысли, Лиз, и как мне не хватает этого теперь, когда в моей жизни куда больше вопросов, чем ответов, когда я порой не знаю, в какую сторону двигаться... Моя команда надеется на меня, они считают, что я отличный руководитель, но это всего лишь видимость. Только ты бы поняла, чего мне это стоит – сохранять уверенность и спокойствие, когда я лично бы наплевал себе в душу. Ты бы вернула меня к реальности, Лиз, помогла справиться с миллионами моих проблем, но тебя нет рядом... и я не знаю, как мне жить, как мне двигаться дальше без тебя... без твоей тяги к жизни, без твоей уверенности... Лиз, почему я потерял тебя? Почему тебя нет рядом, когда ты так мне нужна..."

Белые перистые облака покрывали линию горизонта, она казалась такой мирной, такой спокойной, такой безмятежной... Казалось, ей нет никакого дела до этого глубоко несчастного человека, стоящего на скалах и смотрящего в океан, как в источник своих несбывшихся надежд, разбившихся на этом месте... Почему оно так жестоко, почему так спокойно, почему так и висят над морем эти облака, которые гоняет ветром туда-сюда, у которых нет ни проблем, ни судьбы, ни воспоминаний...

Ветер, свистящий на этой свинцовой равниной, принес откуда-то песню. Песню, которую так любила Лиз, которую она напевала, разбирая свои геологические находки:

"На крыльях ветра, над темным волнистым морем,
Ангелы спустились охранять твои мечты,
Ангелы спустились охранять тебя,
Так прислушайся к ветру, летящему над морем...
Слушай ветер, несущий чаек, слушай дуновение ветра...
Рыбацкие лодки выплывают из лазури,
Охотясь за серебристой сельдью...
Серебро сельди и серебро моря,
Скоро они станут серебряными для нас и наших надежд...
Слушай ветер, несущий чаек, слушай дуновение ветра...
Поверни голову, слушай дуновение ветра..."

"Я помню тот день, когда мы в первый раз отправились на поиски камней в горы. Ты была одержима мечтой найти горный хрусталь, который так редко встречается здесь. Мы ехали на горном велосипеде и едва не опрокинулись в обрыв... Страшно подумать, что бы с нами стало, но все обошлось. Лиз, я это помню так, будто это прошизошло вчера... Я помню, как ты нашла кристаллы среди камней. Ты была так счастлива, Лиз, я помню твою улыбку, помню твой голос, помню, как ты высыпала мне на ладонь эти маленькие кристаллы... Они были так важны для тебя. И тогда я пообещал сделать из них браслет, чтобы ты запомнила этот день. Но получилось так, что его помню лишь я... и это один из тех дней, которые я переживаю раз за разом, сидя ночью в темноте, один, в пустой квартире, перед мерцающим экраном монитора, но вместо него я вижу тебя, Лиз... Я помню, как ты была счастлива, когда я подарил его тебе. Это был еще один день, который встает в моей памяти каждый вечер... Я сделал на обратной стороне гравировку со своим именем, и ты сказала, что теперь я навсегда с тобой, что ты будешь чувствовать мое присутствие рядом, даже когда я далеко... Лиз, я не знаю, где ты, не знаю, чувствуешь ли ты, что я всегда рядом, что мои мысли и мечты принадлежат тебе, как и этот браслет... Но вот, когда мне вернули его, я не знаю, видишь ли ты меня, знаешь ли, что я все время с тобой?.."

Время неслышно шло вперед, но на Скале разбившейся мечты оно словно остановилось, не хотело торопить, хотело дать разобраться в своих мыслях, сказать в мыслях то,что не выразишь никакими словами, так как словам есть предел, мысли же бесконечны, и нет им ни конца, ни края...

"Я помню, как ты собралась за камнями на эту скалу. Ты сказала мне, что там находятся редкие породы, возраст которых ни одна тысяча лет, или даже миллион, я плохо запоминал даты, но то, что это продвинет твою работу, я знал наверняка, так как просто так ты бы не пошла туда. Я хотел пойти с тобой, но мне позвонили и сказали, что хотят поговорить насчет работы в Управлении по Научным Исследованиям и Разработкам. Они прочитали мою рекомендацию, и я им подходил. Но мне нужно было еще провести одно расследование в районе Бермудского треугольника. Ты сказала, что если я найду там камни, чтобы привез. Однажды ты нашла маленький камешек с полосками в виде двух переплетающихся букв – К и Л, и смеясь, сразу же заключила, что этот камень символизирует нашу судьбу, которая так тесно переплелась, как и эти буквы, или же просто черточки на камне... Ты уговорила меня проделать в нем дырку, и я даже продырявил себе палец, но все же проделал. И ты тогда надела его на цепочку и повесила на шею. Лиз, как так могло получиться, что при таком количестве совпадений, о которых ты говорила, что они – наша судьба, она забрала тебя у меня? Что значит справедливость, когда происходит то, что не должно было случиться... теперь я понимаю, справедливости нет... нет и не будет, не будет до тех пор, пока я не найду тебя вновь, а пока все мои мысли принадлежат тебе, Лиз... Я говорил тебе, что мы можем отправиться на скалу вместе, но ты хотела на следующей неделе предоставить отчет. Упорства тебе было не занимать. Ты помахала мне рукой с велосипеда, и сказала, что вечером будешь дома с целой кучей находок, и что если попадется что-то интересное, то я могу взять себе. Я долго провожал тебя взглядом, пока велосипед не скрылся за поворотом... а потом я поехал в Управление, и этот Фрэнк Элсингер долго задавал мне море вопросов. Затем я приехал домой, но тебя там не было, и тогда я решил поехать к скале, чтобы встретить тебя там, но там была лишь желтая полицейская лента... Потом мне позвонили на сотовый и сказали приехать в участок. Я не помню, как добрался туда и не попал в аварию... а там мне сказали, что ты разбилась, упав со скалы в том самом месте, где мы однажды не разбились вдвоем... тропинка была скользкой, и велосипед соскочил... Лиз, почему это случилось, почему... почему камни, камни, которые ты так любила, забрали тебя у меня, забрали твою жизнь... После этого я не помнил, что делал... я отправился на Бермуды и в этот раз вся моя команда пропала без следа... остался лишь я и мой приятель... я не могу себе этого простить, потому что считаю, что это случилось по моей вине..."

Солнце, стоящее над океаном, осветило его фигуру, отбрасывая тень на скалы, волны разбивались внизу, ветер трепал его волосы...

Коннор подошел к тому месту, где восемь лет назад упал вниз велосипед той, кто был дорог ему, кого он потерял, кто изменил его жизнь... Он посмотрел вниз и закрыл глаза.

"Лиз, я должен был это предотвратить... я живу и виню себя за то, что здесь произошло... прости, что меня не было рядом, когда я был нужен тебе... ведь я даже не знаю, звала ты меня, или нет... Сейчас я продолжаю жить дальше, но без тебя моя жизнь потеряла смысл. Восемь лет я не приезжал в Хоупфолл, но все это время я думал о тебе. Браслет, который нашел Кэйд Саммер, он заставил меня пройти долгий путь от Хоупфолла до Хоупфолла и вернуться сюда, чтобы поговорить с тобой... Твоя душа принадлежала этим камням, значит, ты тут, ты слышишь меня, Лиз, я знаю, чувствую это... Ты всегда со мной, в моих мыслях, и нет ни одной минуты, чтобы я не думал о тебе..."

The End

"Я забыл то, что хотел бы помнить,
Но помню то, что хотел бы забыть..."
Фрэнк Блэк. "Тысячелетие"
03 мая, 2001,
by SAMPHIRE FENNELL.


Возврат к списку